В поисках мистера Грина. Сол Беллоу

Все, что может рука твоя делать, по силам делай…1

Тяжелая ли работа? Нет, вообще-то не такая уж тяжелая. Правда, он не привычен много ходить и взбираться по лестницам, но не физическая усталость больше всего одолевала Джорджа Криба, когда он приступил к своим новым обязанностям. Ему пришлось разносить чеки на пособие в негритянском квартале, и, хотя он вырос в Чикаго, об этом районе у него было самое смутное представление — только экономическая депрессия забросила его сюда. Нет, сама по себе работа не была тяжелой, во всяком случае, если сосчитать, сколько фунтов надлежало перенести и сколько футов отшагать, но он уже начал чувствовать ее бремя на своих плечах, осознавать ее неприятную особенность. Улицы и дома он находил легко, но нужные ему люди жили по каким-то другим, неведомым адресам, и он чувствовал себя подобно неопытному охотнику, который бессилен выследить хитрую дичь. А тут еще день выдался отвратительный — холод, осеннее ненастье, ветер. Но как-никак карманы его солдатской шинели были набиты не патронами, а чеками из плотной бумаги, в дырочках от сшивателя, совсем как перфорация для механического тапера. И на охотника он вовсе не смахивал; в этой узкой шинели, вроде тех, какие носили ирландские повстанцы, у него был вполне городской вид. Стройный, но не слишком рослый, он щеголял своей выправкой, хотя его поношенные вельветовые брюки были в прорехах и с бахромой по низу манжет. Выправка требовала высоко держать голову, и лицо у него покраснело от ледяного ветра, а меж тем это было лицо человека, не привыкшего скитаться под открытым небом, и серые, всегда задумчивые глаза не выражали твердой решимости. Светлые волосы на висках, длинные и на редкость упрямые, завивались поразительно тугими колечками. Он казался беспомощней и моложе, чем был, но не проявлял ни малейшей склонности к притворству. У него было высшее образование; он имел степень бакалавра; в известном смысле отличался простодушием; любил в меру выпить; в жизни ему не повезло. Он и не думал все это скрывать.

Читать дальше

Напечатать Напечатать     epub, fb2, mobi


Волшебный экран. Александр Грин

Секретарь графа Браганца, Цезарь Фантисси получил от своего патрона пакет с документами чрезвычайной политической ценности. Это было в Берлине. За графом давно, как коршуны, следили немецкие шпионы, и Цезарь великолепно знал, что, получив пакет, он окажется в страшной опасности. Берлинские власти решили добыть этот пакет во что бы то ни стало. Как узнали шпионы, что документы переданы Цезарю — остается тайной; важно то, что, как только Цезарь вышел от графа, за ним тронулись в путь два человека, одетые вполне прилично, но с мрачными и жесткими лицами. Цезарь заметил их. Решившись скорее погибнуть, чем отдать в руки врагов секреты отечества, итальянец попытался скрыться от преследования. Заворачивая из улицы в улицу, из переулка в переулок, заходя в рестораны и кафе, он выжидал момент, когда внимание шпионов ослабеет, чтобы, улучив момент, скрыться. Но, как тени, сурово и неотступно двигались за ним роковые фигуры.
Читать дальше

Напечатать Напечатать     epub, fb2, mobi


Да ладно. Михаэль Энде

Это случилось не так давно. Сидел я после трудов праведных в ресторанчике, предвкушая сытный ужин. У меня просто кишки сводило от голода. Я заказал толстую сардельку, тарелку жареной картошечки и кружку пива.

В ожидании заказа я подумал: а не грех бы узнать, что в мире новенького. Я встал, перешел улицу и, купив вечернюю газету, сразу же вернулся. Но что я увидел? На моем месте кто-то уже сидел. Говоря точнее, это был ребенок.

С давних пор я взял за правило во всех случаях жизни вести себя с незнакомыми людьми учтиво, разумеется, и с незнакомыми детьми тоже. Я решил: раз он сидит на моем стуле, значит, даже не подозревает, что занял чужое место; и уж сделал это наверняка без злого умысла. Я подошел к нему, мягко похлопал по плечу и с предельной любезностью произнес:

— Простите, милый юный друг.

Я обратился к нему на «вы», хотя ему можно было дать лет семь-восемь. При этом он был чудовищных размеров. — Мне жаль, что я вынужден вас потревожить, — сказал я, — но вы случайно сели на мое место.

Огромный ребенок недоуменно взглянул на меня и ответил:

— Да ладно.

Читать дальше

Напечатать Напечатать     epub, fb2, mobi


Церкви и часовни в Тессине. Герман Гессе

К чудесам юга, приветствующим северян-протестантов при пересечении Альп, принадлежит и католицизм. Незабываемо, как это подействовало на меня, сына строгого протестантского дома, в юности, во время первой итальянской поездки, как, застывший и очарованный, я наблюдал это само собой разумеющееся, наивное существование народа в его храмах, в его религии, эту централизованную Церковь, беспрерывно источающую потоки красок, сострадания, музыки, духовной вибрации и обновления. Пусть католицизм в Италии и в альпийских странах клонится к закату (в Тессине это заметно, и многие прекрасные старые церковные строения не могли бы появиться сегодня), но все еще, в сравнении с севером, Церковь предстает величественным материнским средоточием жизни. И ничто не воздействует на людей, воспитанных протестантизмом и бичом совести, сильнее и трогательнее, чем вид наивного, выпяченного, разукрашенного благочестия. Безразлично, в цейлонском ли храме, китайском ли, или в тессинской часовенке, зрелище это неизменно действует на нас, как воспоминание об утраченном детстве души, о далеком рае, о блаженной простоте и невинности религиозной жизни, и ничего так не хватает духовно ненасытным европейцам, как этой страсти и невинности.
Читать дальше

Напечатать Напечатать     epub, fb2, mobi


Панихида. Гайто Газданов

Это было в жестокие и печальные времена немецкой оккупации Парижа. Война захватывала все большие и большие пространства. Сотни тысяч людей двигались по замерзшим дорогам России, шли бои в Африке, взрывались бомбы в Европе. По вечерам Париж погружался в ледяную тьму, нигде не горели фонари и не светились окна. Только в редкие зимние ночи луна освещала этот замерзший, почти призрачный город, точно созданный чьим-то чудовищным воображением и забытый в апокалипсической глубине времен. В многоэтажных домах, которые давно перестали отапливаться, стояла ледяная сырость. По вечерам в квартирах с плотно завешенными окнами зажигались стеклянные доски аппаратов радио и сквозь треск глушения раздавался голос: «Ici Londres. Voici notre bulletin d’information…»1

Люди были плохо одеты, на улицах было мало народу, автомобильное движение давно прекратилось, по городу ездили в экипажах, запряженных лошадьми, и это еще усиливало то впечатление трагической неправдоподобности происходящего, в котором жила вся страна в течение нескольких лет.

Читать дальше

Напечатать Напечатать     epub, fb2, mobi


Два письма. Леонид Андреев

I. Все приходит слишком поздно

Вы хотели объяснения, и вот оно. Я знаю, вам станет холодно и больно, вы будете плакать весь нынешний вечер, а может быть, и завтра — но мне не жаль вас, нет. Вы слишком молоды, чтобы стоило вас жалеть. Молодо ваше сердце, молод смех и молоды слезы, и я не могу вас жалеть, не упрекайте меня в сухости. У одной молодой особы, подобной вам, я видел письмо, подобное моему — или в этом роде, — и на письме были следы ее слез. И на том же письме был другой поздний след: кружок от чашки кофе, которое любила пить молодая особа… и знаете, сколько лет прошло между горькими слезами и уютным кофе? Один год. Один год, моя дорогая.
Читать дальше

Напечатать Напечатать     epub, fb2, mobi


Сорочка. Дилан Томас

Он позвонил. Никакого ответа. Ушла. Он повернул в замке ключ.

В закатных лучах холл был полон теней. Они сливались в один почти осязаемый образ. Снимая пальто и шляпу, он глядел по сторонам, чтобы в свете, идущем из гостиной, можно было не замечать этого образа.

— Есть кто дома?

Тени смущали его. Она бы вымела их прочь, как выметала назойливую пыль.

Камин в гостиной почти потух. Он сел у огня. Руки у него замерзли. Ему хотелось, чтобы языки пламени осветили углы комнаты. По дороге домой он увидел сбитую автомобилем собаку. Вид крови взволновал его. Ему захотелось опуститься на колени и потрогать пальцем круглую кровавую лужицу посреди дороги. Кто-то потянул его за рукав и спросил, не стало ли ему плохо. Он запомнил, что звук и напор чужого голоса погасили в нем первый импульс. Он пошел прочь от крови, перед его глазами все мелькали запачканные колеса и все сочилась чернота под капотом той машины. Ему хотелось тепла. Уличный ветер исполосовал его кожу между большими и указательными пальцами.

Читать дальше

Напечатать Напечатать     epub, fb2, mobi


Буэнос-Айрес. Хорхе Луис Борхес

Что такое Буэнос-Айрес?

Это Пласа де Майо, куда усталые и счастливые они вернулись, отвоевав свое.

Это лабиринт огней, когда мы подлетаем к городу, а внутри: это улица, поворот, этот последний дворик, эти спокойные вещи.

Это место, где был казнен один из моих предков.

Это большое дерево на улице Хунин, которое, не зная того, дает нам прохладу и тень.
Читать дальше

Напечатать Напечатать     epub, fb2, mobi


Про ослика, ослика… Натиг Расул-заде

На островок, находящийся неподалеку, всего лишь в нескольких километрах от одного из диких, каменистых пляжей Апшерона, молодые ребята, полные бездельных сил, посадив в лодку, привезли маленького ослика.

Ослик мирно пасся, пощипывая клочковато росшую несочную траву, и, завидев приближающуюся шумную компанию, доверчиво запрядал ушами, улыбнулся. Один из парней уселся на него, доставая ногами до земли, и ослик покорно прокатил его. Потом сел второй, третий… Ослик молча, безропотно, даже с какой-то непонятной радостью в душе возил этих голосистых, веселых ребят. Он был рад им услужить, был рад, что они обходятся с ним хорошо, не пинают, не обжигают бока хворостиной — до сих пор хозяин ослика, старый, весь высохший сапожник с трясущимися руками, каждое утро ездивший на ослике в свою сапожную мастерскую-будку на краю села и каждый вечер возвращавшийся из тесной и кисло пахнущей кожей мастерской, именно так обходился со своим молчаливым, услужливым другом. Конечно, старику сапожнику даже в голову не могло прийти, что ослик — его друг. Это ослик так думал. И так оно и было.

Читать дальше

Напечатать Напечатать     epub, fb2, mobi


Гений искусства. Чарльз Диккенс

Я холостяк и занимаю довольно мрачную квартиру в Тэмпле. Вход со двора — если назвать двором квадрат между четырьмя высокими домами, как есть колодец, только что без воды и без ведра. Живу я на самом верху, среди черепицы и воробьев. Как тот человечек из детской песенки, я живу «сам по себе», и свой хлеб и сыр, сколько у меня его бывает — а бывает его не много, — я держу на полке. Вряд ли нужно добавлять, что я влюблен и что отец моей очаровательной Джульетты противится нашему союзу.

Я сообщаю эти подробности, как предъявлял бы рекомендательное письмо. Теперь, когда читатель со мной познакомился, он, может быть, окажет мне такое снисхождение и выслушает мой рассказ.
Читать дальше

Напечатать Напечатать     epub, fb2, mobi