Архивы автора: Hunter
Новые женщины. Джойс Кэри
Сэмюел Томпсон, государственный служащий, был единственным сыном знаменитой Афинии Баттерсби, лидера движения за женское равноправие. Говорят, у нее первой зародился план поджигать почтовые ящики. Это она придумала шляпу для суфражисток и написала книгу, в которой доказывается, что Шекспиром была на самом деле королева Елизавета. Однако женщинам нынешнего поколения стыдно смеяться над Афинией. Они ей многим обязаны. Она была мужественным человеком, с сильным характером, немало потратила усилий, чтобы добиться для них права голоса и немалым при том поступилась — в частности, собственным чувством юмора.
Напечатать 
Читать в BookmateИмпровизатор. Владимир Одоевский
По зале раздавались громкие рукоплескания. Успех импровизатора превзошёл ожидания слушателей и собственные его ожидания. Едва назначали ему предмет, — и высокие мысли, трогательные чувства, в одежде полнозвучных метров, вырывались из уст его, как фантасмагорические видения из волшебного жертвенника. Художник не задумывался ни на минуту: в одно мгновение мысль и зарождалась в голове его, и проходила все периоды своего возрастания, и претворялась в выражения. Разом являлись и замысловатая форма пьесы, и поэтические образы, и щегольской эпитет, и послушная рифма.
Напечатать Читать в Bookmate№ 56. Стивен Ликок
То, о чем я сейчас расскажу, поведал мне однажды зимним вечером мой друг А-янь в маленькой комнатке за его прачечной. А-янь — это низенький тихий китаец с серьезным, задумчивым лицом и с тем меланхолически-созерцательным складом характера, какой так часто можно наблюдать у его соотечественников. Меня с А-янем связывает давняя дружба, и немало долгих вечеров провели мы с ним в этой тускло освещённой комнатушке, задумчиво покуривая трубки и размышляя в молчании. Что меня особенно привлекает в моем друге — это его богатая фантазия, способность к выдумке, которая, по-моему, является характерной чертой людей Востока и которая позволяет ему забывать добрую половину безрадостных забот, связанных с его профессией, перенося его в другую, внутреннюю, жизнь, созданную им самим. Но вот о его способности к анализу, о его острой наблюдательности мне было совершенно неизвестно вплоть до того вечера, о котором я и хочу рассказать.
Напечатать Читать в BookmateПример из жизни. Ярослав Гашек
— Нет, ни в коем случае, мой юный друг, — произнёс банкир Вильямc, обращаясь к молодому человеку, который сидел напротив, задрав ноги на спинку стула. — Никогда, господин Чейвин! Выслушайте меня внимательно и попытайтесь чему-нибудь научиться.Вы просите руки моей дочери Лотты. Вам, очевидно, хотелось бы стать моим зятем. В конечном счёте вы надеетесь получить наследство. Минутой раньше на мой вопрос, есть ли у вас состояние, вы ответили, что получаете только двести долларов дохода.
Напечатать Читать в BookmateСкрипка Ротшильда. Антон Павлович Чехов
Городок был маленький, хуже деревни, и жили в нем почти одни только старики, которые умирали так редко, что даже досадно. В больницу же и в тюремный замок гробов требовалось очень мало. Одним словом, дела были скверные. Если бы Яков Иванов был гробовщиком в губернском городе, то, наверное, он имел бы собственный дом и звали бы его Яковом Матвеичем; здесь же в городишке звали его просто Яковом, уличное прозвище у него было почему-то — Бронза, а жил он бедно, как простой мужик, в небольшой старой избе, где была одна только комната, и в этой комнате помещались он, Марфа, печь, двухспальная кровать, гробы, верстак и все хозяйство.
Напечатать Читать в BookmateСлоненок. Ануарбек Алимжанов
Вожак стада охранял тайну материнства, не уходил со слоновой тропы, отгонял не в меру любопытных обитателей стада, не подпускал забредшего в эти края чужака. Он был готов к схватке, если вблизи появится зверь.Джунгли надёжно укрывали поляну, где молодая самка молча ждала появления на свет своего первенца. Только глаза ее выдавали предродовые муки. Порой все вокруг заволакивалось туманом, она не выдерживала боли, тихо стонала. Ей думалось, что ее первенец слишком большой, головастый. Но вот, наконец, после долгих часов ожидания малыш покинул чрево матери. Боль утихла, неимоверная усталость и блаженство охватили молодую слониху, она на миг закрыла глаза и, кажется, вздремнула, но тут же великий инстинкт материнства, и вслед за ним тревожная ревность, беспокойство за дитя заставили ее встрепенуться и поднять голову. Не в силах быстро встать на ноги она подала голос не для того, чтобы привлечь внимание своего малыша, а быть может для того, чтобы кто-то услышал и увидел какое красивое дитя у нее. Но этот тихий, нежный, призывный голос матери был услышан вожаком стада — отцом слонёнка. И он не выдержал, отвечая на зов слонихи, бросился напролом, чтобы быстрее попасть на поляну, где находились мать и дитя. Его голос был услышан другими обитателями стада и вскоре, на поляне собрались все братья и сестры малыша.
Напечатать Читать в BookmateПохищенная бацилла. Герберт Джордж Уэллс
— А вот это, — сказал бактериолог, подкладывая под микроскоп стеклянную пластинку, — препарат знаменитой холерной бациллы — микроб холеры.Человек с бледным лицом заглянул в микроскоп — очевидно, он не привык иметь дело с этим прибором — и мягкой белой рукой прикрыл левый глаз.— Я почти ничего не вижу, — сказал он.
Напечатать Читать в BookmateФома Фомич в институте красоты. Виктор Конецкий
Фоме Фомичу Фомичеву снился оптимистический сон. Назвать сновидение можно было бы «Куда я еду?». Снилась ему дочка Катенька в трехлетнем возрасте. Как она впервые села на трехколесный велосипед. И поехала, но, как рулить, не знает и не понимает. И вот едет Катенька прямо в стенку дома и кричит: «Куда я еду?!" Но все крутит и крутит ножками. Вполне бессмысленно крутит, но крутит и — бац — в стенку.
Напечатать Читать в BookmateВаня Датский. Борис Викторович Шергин
У Архангельского города, у корабельного пристанища, у лодейного прибегища, в досельные годы торговала булками честна вдова Аграфена Ивановна. В летнюю пору судов у пристани — воды не видно; народу по берегам — что ягоды морошки по белому мху; торговок-пирожниц, бражниц, квасниц — будто звёзд на небе. И что тут у баб разговору, что балаболу! А честну вдову Аграфену всех слышней. Она со всем рынком зараз говорит и ругается. Аграфена и по-аглицки умела любого мистера похвалить и обложить.
Напечатать Читать в Bookmate
Чудо в Пираньясе. Жоржи Амаду
Теги: XX, Жоржи Амаду | 5 Комментарии