I
По сей день секс, более чем любой другой элемент человеческой жизни, рассматривается многими, возможно большинством, иррациональным образом.
Человекоубийство, чума, сумасшествие, золото и драгоценные камни — а именно все объекты человеческих надежд и страхов — рассматривались в прошлом через дымку магии и мифологии; однако лучи разума рассеяли туман за некоторыми исключениями. Наиболее плотное облако по-прежнему остается в сексуальной области, что, вероятно, естественно, так как секс относится к самым сильным чувствам в жизни большинства людей.
Становится очевидным, однако, что условия в современном мире оказывают воздействие, меняющее общественное мнение по отношению к сексу. О том, какое именно изменение или какие изменения это привнесет, нельзя говорить с какой-либо определенностью, однако возможно отметить некоторые силы, задействованные в этом процессe, а также обсудить к каким результатам они, вероятно, приведут в структуре общества.
Рассматривая человеческую природу, нельзя утверждать, что невозможно создать общество с очень малым количеством внебрачных половых контактов.
Однако условия, необходимые для достижения этого результата, практически недостижимы в современной жизни. Давайте же рассмотрим, в чем же они заключаются.
Хорь и Калиныч. Иван Тургенев
Кому случалось из Болховского уезда перебираться в Жиздринский, того, вероятно, поражала резкая разница между породой людей в Орловской губернии и калужской породой. Орловский мужик невелик ростом, сутуловат, угрюм, глядит исподлобья, живет в дрянных осиновых избенках, ходит на барщину, торговлей не занимается, ест плохо, носит лапти; калужский оброчный мужик обитает в просторных сосновых избах, высок ростом, глядит смело и весело, лицом чист и бел, торгует маслом и дегтем и по праздникам ходит в сапогах. Орловская деревня (мы говорим о восточной части Орловской губернии) обыкновенно расположена среди распаханных полей, близ оврага, кое-как превращенного в грязный пруд. Кроме немногих ракит, всегда готовых к услугам, да двух-трех тощих берез, деревца на версту кругом не увидишь; изба лепится к избе, крыши закиданы гнилой соломой… Калужская деревня, напротив, большею частью окружена лесом; избы стоят вольней и прямей, крыты тесом; ворота плотно запираются, плетень на задворке не разметан и не вываливается наружу, не зовет в гости всякую прохожую свинью… И для охотника в Калужской губернии лучше. В Орловской губернии последние леса и площадя [«Площадями» называются в Орловской губернии большие сплошные массы кустов. Орловское наречие отличается вообще множеством своебытных, иногда весьма метких, иногда довольно безобразных слов и оборотов] исчезнут лет через пять, а болот и в помине нет, в Калужской, напротив, засеки [лес, в котором нельзя рубить деревья] тянутся на сотни, болота на десятки верст, и не перевелась еще благородная птица тетерев, водится добродушный дупель, и хлопотунья куропатка своим порывистым взлетом веселит и пугает стрелка и собаку.
Читать дальше →